Все новости

О русофобской сущности русской интеллигенции

«Неужели, дочка, ты считаешь себя обиженной, потому что не царствуешь?»

Император Тиберий

«Я даже в «Красной звезде» сделал скандал, когда пришла ко мне корреспондентша и записала, что я «как интеллигент должен быть демократом» («Всем нам завещана Россия» [1989]). Какой я демократ? Я — старый солдат.

И отец мой был солдатом, и дед был военным, и так вплоть до XIV века. Предок наш погиб на Куликовом поле. И мы были солдатами, но мы были образованные люди, по крайней мере, начиная с деда. Мы учились. И уже этим не интеллигенты. А интеллигенты болтают…»

 

Л. Н. Гумилев, 1991 год.

С детства я привык, что умный образованный, талантливый, культурный человек – ученый, писатель, художник — автоматически не может быть мерзавцем. Пушкинские строки «Гений и злодейство — две вещи несовместные», как и другого поэта про «Поэт в России — больше, чем поэт» убеждали меня в этом. Поэтому я с таким вниманием слушал антисоветские речи тех, кто гордо называл русскими интеллигентами, — Сахарова, Лихачева, Солженицына и других. Слушал и верил, потому что был свято уверен, что это лучшие люди России, что они врать не могут, что их слова несут истину. Потому искренне поверил фильмам Говорухина «Так жить нельзя» и «Россия, которую мы потеряли». Потому с восторгом слушал «белогвардейские» песенки Талькова и Газманова. Я и подумать не мог, что меня просто обманывают и таким образом просто зарабатывают деньги.

 

Одним из моих любимых писателей был и остается М. Булгаков. Признаюсь, некогда я стоял полностью на стороне любимых героев писателя – русских интеллигентов, которые были выписаны этакими островками культуры среди океана необразованного быдла и мещанского хаоса. Я смеялся вместе с писателем над необразованными недотепами из народа, которых так лихо высмеивал Булгаков. Смеялся, пока не задумался, а кто эти люди, над которыми так издевается писатель. И пришел к выводу, что зубоскалит писатель над моими предков – рабочих и крестьян, которым царское правительство не дало образования, а иногда лишив даже умения читать. То есть, Булгаков издевался и над моими прадедами, которые пахали землю, строили города и воевали с врагом, пока Преображенские и Борментали осуждали советскую власть за рюмкой водки с горячей закуской. Тогда я начал читать произведения Булгакова уже иначе: не с точки зрения русской интеллигенции, а с точки зрения своих предков-крестьян, над которыми потешался Булгаков. И чем больше читал, тем большее отвращение во мне росло от всех профессоров, мастеров, воландов и т. д. И вот я задумался, чтобы сделал тот же доктор Борменталь, попади он в 1941 году в зону немецкой оккупации. Почему-то представить его в партизанском отряде я не смог, а вот почтительно кланяющимся перед немецким офицером очень даже представил. Потом как наяву увидел доктора строчящего антисемитские и антисоветские статьи в коллаборационистской газете, а потом отступающим вместе с вермахтом на запад и переходящим на службу к американским спецслужбам с работой на радио «Свобода». А вот беднягу же Швондера мне очень легко представить в окопах Великой отечественной поднимающимся в атаку на немецкие танки.

Так кто же такие русские интеллигенты, которые самочинно поставили себя выше России и русского народа? Это выходцы из низшего городского сословия – мещан, бывших мелкими лавочниками, чиновниками и ремесленниками. Мещане старались своим детям дать образование, чтобы подняться по социальной лестнице. К середине XIX века такие образованные выходцы из мещан создали уже целый слой в российском обществе, получив название «интеллигенция». Получив образования, профессию, приличные оклады и даже выбиваясь во дворянство, эти люди всеми силами начали отделять себя породившего их сословия мещан. Им это удалось, но, выделив себя в особое сословие русского общества, ментально они так и остались мелкими лавочниками – самодовольными, скуповатыми эгоистами, гордыми своим положением, которое возвышало их над абсолютным большинством населения Российской империи – крестьянством и городским низами. Сословное строение феодального российского общества позволило им создать сословную стену между собой и остальным русским народом.

 

Себя эти потомки мелких лавочников и ремесленников считали элитой русского общества, солью Земли Русской, самой судьбой и их умственными способностями обязанные править Россией. В 1906 году Мережковский самовлюбленно писал о русской интеллигенции: «Русская интеллигенция — лучшая в мире», — объявил недавно Горький. Я этого не скажу, не потому, чтобы я этого не желал и не думал, а просто потому, что совестно хвалить себя. Ведь и я и Горький, оба мы — русские интеллигенты. И, следовательно, не нам утверждать, что русский интеллигент наилучший из всех возможных интеллигентов в наилучшем из всех возможных миров». Они на самом деле считали себя выше всех остальных, солью и элитой Земли Русской, а народ вокруг – быдлом, которое обязано ими восторгаться и которым они обязаны руководить и повести в светлое будущее. «Я был умен и еще умен, талантлив, непостижим чем-то божественным, что есть моя жизнь, своей индивидуальностью, мыслями, чувствами…», — восторгался сам собой И. Бунин в 1943 году. Власть над страной должна была принадлежать им – лучшим умам России. Отсюда вечная оппозиция русских интеллигентов к власти, причем к любой власти: при монархии они были против царя, при советской власти против КПСС, при демократии против Путина. В итоге, вечная оппозиция к власти у самовлюбленных эгоистов с менталитетом мелких лавочников, выродилась в русофобию, презрение к России и русскому народу. В. Розанов попытался понять природу русофобии русской интеллигенции, но испугался углубиться в эту тему, потому что в этом случае он увидел бы всю убогость, мелочность, эгоизм и ничтожество русской интеллигенции, порожденным мещанством, то есть свою собственную сущность.

«У нас нет совсем мечты своей родины. И на голом месте выросла космополитическая мечтательность.

У греков есть она. Была у римлян. У евреев есть.

У француза — «сhere France», у англичан — «Старая Англия». У немцев — «наш старый Фриц». Только у прошедшего русскую гимназию и университет — «проклятая Россия».

Как же удивляться, что всякий русский с 16-ти лет пристает к партии «ниспровержения государственного строя»…

У нас слово «отечество» узнается одновременно со словом «проклятие».

Не поняв причин, тем не менее, в 1915 году философ пишет приговор русофобской интеллигенции России: «Пока не передавят интеллигенцию — России нельзя жить. Её надо просто передавить. Убить».

 

Но грянула революция 1917 года и, казалось бы, такой глубокий мыслитель В. Розанов в 1917 видя революцию вдруг переобулся и быстренько в ноябре 1917 года похоронил Россию!

«Русь слиняла в два дня. Самое большее — в три. Даже “Новое Время” нельзя было закрыть так скоро, как закрылась Русь. Поразительно, что она разом рассыпалась вся, до подробностей, до частностей. И собственно, подобного потрясения никогда не бывало, не исключая “Великого переселения народов”. Там была — эпоха, “два или три века”. Здесь — три дня, кажется даже два. Не осталось Царства, не осталось Церкви, не осталось войска, и не осталось рабочего класса. Что же осталось-то? Странным образом — буквально ничего.

Остался подлый народ…».

Замечательно просто, как быстро Розанов забыл про вину русской интеллигенции, свалив всю вину на «подлый народ»! Русский интеллигент Розанов в простом русском народе видел только «подлый народ»! Еще бы, вместо того, чтобы поднять во властные кабинеты, их, «лучших людей Руси», вместо этого неграмотный простой люд сам взял свою судьбу в руки, указав русской интеллигенции на ее подсобное место в государстве. И это не понравилась русской интеллигенции. Еще бы, хамы, быдло посмели поселиться в квартирах рядом с ними, ходить в музеи, в театрах сели в партере, пришли в школы и университеты. Эти хамы посмели забыть свое место – прислуживать русской интеллигенции, приговаривая «благодарствую, барин»! Вот этого русские интеллигенты перенести не могли. Для них, существ с ничтожными душонками потомков мелких лавочников, крушение сословного общества, где они были господами стало равно гибели России.

Розанов был не одинок. Россию похоронили практически все русские интеллигенты. Вот что писал в июле 1917 историк Ю. Готье в июле 1917 года:

«Участь России, околевшего игуанодона или мамонта — обращение в слабое и бедное государство, стоящее в экономической зависимости от других стран, вероятнее всего от Германии. Большевики — истинный символ русского народа, народа Ленина, Мясоедова и Сухомлинова — это смесь глупости, грубости, некультурного озорства, беспринципности, хулиганства и, на почве двух последних качеств, измены. Старый режим своим чудесно организованным кадром охранки и тому подобной мерзости создал отличную сеть для организации всяких темных сил — они и действуют.

Вынуты душа и сердце, разбиты все идеалы. Будущего России нет; мы без настоящего и без будущего. Жить остается только для того, чтобы кормить и хранить семью — больше нет ничего. Окончательное падение России, как великой и единой державы, вследствие причин не внешних, а внутренних, не прямо от врагов, а от своих собственных недостатков и пороков и от полной атрофии чувства отечества, родины, общей солидарности, чувства union sacrée [священный союз (фр.)] — эпизод, имеющий мало аналогий во всемирной истории».

И. Бунин восторженно в своем дневнике записал 30 июня 1941 года: «Итак, пошли на войну с Россией: немцы, финны, итальянцы, словаки, венгры, албанцы (!) и румыны. И все говорят, что это священная война против коммунизма. Как поздно опомнились! Почти 23 года терпели его!». Факт, что гитлеровская Германия и ее союзники шли уничтожить Россию и русский народ русского интеллигента Бунина не волновал. Как и не волновали потери русского народа от рук фашистских захватчиков. В разгар ожесточенных боев в Сталинграде Бунин даже начал жалеть немецкий народ (!): «Немцы к Цар[ицыну] все «продвигаются» и все атаки русских неизменно «отбиты». День и ночь идут уже с полмесяца чудовищн. бои — и, конечно, чудовищн. потери у немцев. К концу войны в Германии останутся только мальчишки и старики. Полное сумасшествие!». Впрочем, и ранее, 9 февраля 1918 года в дневнике Бунина, русские интеллигенты желали своей стране поражения от немцев: «Вчера были у Б. Собралось порядочно народу – и все в один голос: немцы, слава Богу, продвигаются, взяли Смоленск и Бологое».

Эти люди еще имели наглость обвинять большевиков в пораженчестве, когда сами при первом же серьезном испытании предали и похоронили Россию! И какова характеристика у Готье русского народа: глупые, грубые, некультурные озорники, беспринципные, хулиганы, предатели. В общем, быдло и хамы, да еще и предатели. Мало что русские интеллигенты предали, так еще и ждали прихода иноземных оккупантов, которые покарали бы хамов, посмевшим поставить себя ровней им, русским интеллигентам. При этом пойти с оружием в руках защищать Россию никому из тогдашних русских интеллигентов в голову не пришло. Они просто встали в сторонку наблюдать, как другие сражаются за Россию и ее будущее, мечтая, как иноземные оккупанты завоюют Россию.

Ничем не отличается от остальных и академик И. Павлов, который вообще отказал русскому народу в уме и культуре и пожелал русскому народу поражения и потерю независимости в мае 1918 года:

«Но если целый народ, в своей главной низшей массе недалеко отошедший от рабского состояния, а в интеллигентских слоях большею частью лишь заимствовавший чужую культуру, и притом не всегда удачно, народ, в целом относительно мало давший своего самостоятельного и в общей культуре, и в науке, — если такой народ вообразит себя вождем человечества и начнет поставлять для других народов образцы новых культурных форм жизни, то мы стоим тогда перед прискорбными, роковыми событиями, которые могут угрожать данному народу потерей его политической независимости».

И много еще привести таких цитат от русских интеллигентов, где они считают русский народ народом хамов недостойных культуры и государства, где интеллигенция желает поражения своей стране, и даже заранее похоронившая тысячелетнюю Россию. Почему? Потому что сословные преграды были уничтожены большевиками и вместо власти русская интеллигенция стала только необходимой, но вспомогательной прослойкой общества. Как писал Ленин: «»Интеллектуальным силам», желающим нести науку пароду (а не прислужничать капиталу), мы платим жалованье выше среднего. Это факт. Мы их бережем». А русским интеллигентам так нравилось быть самым умным, образованным меньшинством среди миллионов неграмотных крестьян. Но как убедились самовлюбленные эгоисты, коими были русские интеллигенты, при советской власти их знания и образованность не являлись признаком исключительности. Рабочие и крестьяне, получившие среднее и высшее образование, справлялись с умственной работой не хуже и даже лучше русских интеллигентов. И вот этого, а особенно потерю привилегированного положения, русские интеллигенты простить советской власти не смогли. Они тайно ее ненавидели, ненавидели Россию, ненавидели русский народ. При этом ничто не мешало этим русским интеллигентом брать у советской власти деньги, получать премии, почести, научные звания, квартиры и дачи. Они ничем не считали себя обязанными стране и народу, потому что страну и народ они давно уже предали и похоронили. Они же были убеждены, что большевики уже погубили Россию и русский народ. А раз так, то ничто не мешало русским интеллигентам предавать Россию и идти на службу Гитлеру, а потом другим врагам СССР, таким как США, и верой и правдой служить нашим врагам. Но они же не считали себя предателями. Нет, они считали себя борцами за освобождение России от коммунизма. А в 90-е вся эта эмигрантская предательская мразь с благообразными рожами приползла обратно в Россию, вкупе с переобувшимися на лету и сбросившей маски «советской» интеллигенцией, учить нас какую Россию мы потеряли.

Эгоистическая русофобия русской интеллигенции со временем приняла просто уродливые формы. Так, Д. Лихачев договорился в 1995 году до того, что свёл великое историческое событие – Русскую революцию 1917 года – к банальным гонениям на интеллигенцию! Вот его слова:

«Ведь что такое… Октябрьский переворот? Против кого он был направлен? Против интеллигенции. Первый год во власти стояли полузнайки. Стали арестовывать профессоров…».

После таких слов невольно засомневаешься в квалификации и компетенции Лихачева, как историка. Кроме того, обозвать Ленина, Луначарского, Бонч-Бруевича и т. д. «полузнайками» мог только или лжец, или невежа. Впрочем, здесь у Лихачева вырвалась давняя обида, что власть в 1917 году оказалась в руках народа, а не «лучших людей Руси», к каковым Лихачев и остальные интеллигенты причисляли исключительно себя. И самое замечательное, что Лихачев сам того не заметил, как процитировал самого Адольфа Гитлера, который в 1926 году в «Майн кампф» писал следующее:

«Захватив политическую власть, евреи считают, что теперь можно уже окончательно сбросить маску. Из «народного еврея» вылупляется кровавый еврей — еврей, ставший тираном народов. В течение короткого времени старается он совершенно искоренить интеллигенцию, носительницу национальной идеи. Лишив народ идейных руководителей, он хочет окончательно превратить его в рабов и закрепостить навеки».

И чуть ниже Гитлер подводит итог:

«Сама судьба указует нам перстом. Выдав Россию в руки большевизма, судьба лишила русский народ той интеллигенции, на которой до сих пор держалось ее государственное существование и которая одна только служила залогом известной прочности государства. Не государственные дарования славянства дали силу и крепость русскому государству. Всем этим Россия обязана была германским элементам — превосходнейший пример той громадной государственной роли, которую способны играть германские элементы, действуя внутри более низкой расы».

Потрясающая симфония единомыслия русского интеллигенции с мыслями нацистского фюрера! А логика русской интеллигенции проста, как три копейки: или власть в России должна принадлежать им, или Россия должна быть уничтожена и порабощена, потому что, не имея их во главе власти, Россия обречена на гибель. Тот же академик Павлов в 1918 году пижонские публично восклицал: «Что, я наслаждаюсь несчастьем русского народа? Нет, здесь есть жизненный расчет. Во-первых, это есть долг нашего достоинства — сознать то, что есть. А другое вот что. Ну, хорошо, мы, быть может, лишимся политической независимости, мы подойдем под пяту одного, другого, третьего. Но мы жить все-таки будем!». Вот такие они были «патриоты» эти русские интеллигенты. Мысль взять в руки оружие и пойти защищать свою Родину им даже в голову не приходила. Они были готовы сдаваться какой угодно вражине, лишь бы им оставили жизнь. Сдать Россию без боя, продать за копейку, но лишь бы жил русский интеллигент – вот она гнусная гнилая логика русской интеллигенции, что столетие назад, что сегодня. И в годы Великой отечественной войны они охотно сдавались немцам и добровольно шли службу Гитлеру. И ничего отвратительно в предательстве они не видели. Русский дворянин и ученый Лев Николаевич Гумилев ушел добровольцем на фронт, несмотря несколько лет лагерей, которые он отсидел ни за что. А вот русский интеллигент Лихачев отсиделся от войны за бронью с белым билетом, ссылаясь на слабое здоровье, которое не помешало ему прожить 92 года и умереть в 1999 году. Вообще, неблагодарность своей стране за свои успехи и достижения – это общая черта русской интеллигенции. Эти люди живут как бы в вакууме, где, как они уверены, всего и всегда добиваются сами, потому что они-де самые умные. Даже попадая в эмиграцию, где они вдруг обнаруживают, что их ум там мало кому нужен и они вынуждены мыть посуду и работать таксистами, не прибавляет русским интеллигентам понимая роли России в их судьбе – наоборот, они становятся еще злее, еще подлее, превращаясь в законченных русофобов.

Потому что для русского интеллигента нет понятия Родины. М. Пришвин в 1918 году в своих дневниках ясно высказался, что русская интеллигенция понимала под Родиной:

«Так наша родина Россия, если мы узнаем ее географию, станет для нас отечеством: без знания своей родины она никогда не может быть для нас отечеством.

Вопрос: что обозначает слово родина и слово отечество,– какая между ними разница? Ответ: родина – место, где мы родились, отечество – родина, мною сознанная».

Как просто у русских интеллигентов с патриотизмом, точнее с его отсутствием! Родина – это там, где родился, а Отечество – это то, что осознал. То есть они отказали русскому народу в патриотизме, низведя его до диких папуасов, у которых нет Отечества, а есть только хижина, где он родился. Нет знаний о географии – нет осмысления Отечества. А если русский интеллигент вдруг осознает отечеством Германию или США, то эти страны станут для него Отечеством. Поэтому не удивительно, с какой легкостью русские интеллигенты продают и предают Россию, особенно за хорошую плату. Они всегда готовы продать Россию любому врагу, который предложит хорошие деньги за предательство. Ведь главное для них осознать, где Родина и Отечество, а вот Россию они Родиной и Отечеством не осознают. Иначе сложно понять их бешеную русофобию, презрение к России, обливание грязью русской истории и постоянные призывы к капитуляции России перед Западом.

И ничего за сто лет не изменилось. Нынешняя российская интеллигенция не брезгует брать деньги в американских посольствах и НКО, работать в антироссийских структурах, вести русофобскую пропаганду, готовить и устраивать майданы, вести антиправительственную и русофобскую пропаганду и возмущать общество русофобскими выпадами и оскорблениями. Когда они орут про «гибель России», то они лишь повторяют своих идейных учителей – русских интеллигентов столетней давности, страстно желавших гибели России и «хамам», захватившим власть, которую они считали своей по праву. Но на самом деле, этим потомкам мелких лавочников, и Россия, и русский народ были безразличны – они для них тогда ничего не значили и не значат сейчас.

И. Бунин в апреле 1919 года вдруг в неожиданном приступе признания вины написал строки, которые звучат приговором русской интеллигенции:

«Мне Скабичевский признался однажды:

— Я никогда в жизни не видал, как растет рожь. То есть, может, и видел, да не обратил внимания.

А мужика, как отдельного человека, он видел? Он знал только «народ», «человечество». Даже знаменитая «помощь голодающим» происходила у нас как-то литературно, только из жажды лишний раз лягнуть правительство, подвести под него лишний подкоп. Страшно сказать, но правда: не будь народных бедствий, тысячи интеллигентов были бы прямо несчастнейшие люди. Как же тогда заседать, протестовать, о чем кричать и писать? А без этого и жизнь не в жизнь была.

То же и во время войны. Было, в сущности, все то же жесточайшее равнодушие к народу. «Солдатики» были объектом забавы. И как сюсюкали над ними в лазаретах, как ублажали их конфетами, булками и даже балетными танцами! И сами солдатики тоже комедничали, прикидывались страшно благодарными, кроткими, страдающими покорно: «Что ж, сестрица, все Божья воля!» — и во всем поддакивали и сестрицам, и барыням с конфетами, и репортерам, врали, что они в восторге от танцев Гельцер (насмотревшись на которую однажды один солдатик на мой вопрос, что это такое по его мнению, ответил: «Да черт… Чертом представляется, козлекает…»)

Страшно равнодушны были к народу во время войны, преступно врали об его патриотическом подъеме, даже тогда, когда уже и младенец не мог не видеть, что народу война осточертела. Откуда это равнодушие? Между прочим, и от ужасно присущей нам беспечности, легкомысленности, непривычки и нежелания быть серьезными в самые серьезные моменты. Подумать только, до чего беспечно, спустя рукава, даже празднично отнеслась вся Россия к началу революции, к величайшему во всей ее истории событию, случившемуся во время величайшей в мире войны!».

А теперь вспомним, как наши оппозиционеры, позиционирующие себя «солью Земли Русской» лихо отплясывают в Интернете и СМИ на российских бедах и наших смертях! И точно так же стремительно забывают про беды прошлые и погибших, переключаясь на новые наши беды. Вспомним, как они ничтоже сумняше прославляют наших западных врагов и призывают Россию капитулировать перед Западом. И это не удивительно. Стоит только посмотреть, кто учил этих русских интеллигентов, то по линии прошлого мы упрёмся в тех, еще дореволюционных русских интеллигентов, тех, кто не успел сбежать с белогвардейцами или вермахтом за границу, кто не сумел эмигрировать, но кто затаил в глубине змеиную злобу и ненависть в России, маскируя эту ненависть борьбой за справедливость с «бесчеловечным режимом».

Понимая, какими человеческими ничтожествами, несмотря на весь ум, образования и таланты, являются русские интеллигенты, становится понятна и их ненависть к Ленину и Сталину. История дважды давала русской интеллигенции шанс встать во главе народа и России – в 1917 и 1991 гг. И дважды для России их власть заканчивалась катастрофой. А иначе и быть не могло. Люди, которые не ценят Россию и русский народ, которые готовы продать страну за копейки, которые не готовы пожертвовать абсолютно ничем ради России, по определению не могут сделать Россию сильной процветающей державой. Они могут страну только губить и разграбить. Вот только признаться в своей русофобской несостоятельности и банкротстве им мешает гордыня. Они считают виноватыми в крахе всех вокруг, особенно политиков, которые успешно руководят страной, но только не себя. Почему же русская интеллигенция так ненавидит Ленина? Потому что Ленин – это успешный политик. Именно это русские интеллигенты всех мастей и раскрасок ему простить не могут, выливая на Владимира Ильича тонны информационной грязи и лжи.

Если говорить без эмоций, то Ленин — это российский политик начала ХХ века. Политик сложнейшего и трагического периода нашей страны. Политик, который выиграл гражданскую войну. Политик, который победил всех своих противников. Политик, который сохранил российское государство практически в границах бывшей Российской империи. Именно успехами Ленина недовольны его противники, потому что Ленин — успешный политический деятель России. И это до сих пор ему не могут простить русские интеллигенты, даже мертвому. Они уверены, что Ленин им помешал — одним хрустеть французскими булками на балах в Зимнем дворце, а другим пить баварское пиво и заседать в Европарламенте.

Интеллигентствующие пижоны нам говорят: Ленин был жесток. Да, был. Но разве можно быть добрым политиком, когда твоя страна распадается у тебя глазах? Разве можно быть добрым политиком, когда соседние страны шакалами набросились на твою Родину, от нее отрывая территории? Разве можно быть добрым политиком, когда твои противники отправят тебя в не отставку или на пенсию, а повесят или расстреляют? Разве можно быть добрым политиком, когда 90% населения плевать хотели на власть и государство и элементарно отказывались платить налоги? Можно ли быть добрым политиком, когда бывшие провинции открыто якшаются с твоими врагами против твоей страны и вооружаются против твоей страны? Можно ли быть добрым политиком, когда твои политические оппоненты отстаивают свои убеждения не в парламенте и в газетах, а с помощью оружия и незаконных вооруженных формирований (да, белая гвардия была именно НВФ, потому что временное правительство и его последыши никаких законных оснований не имели)? Нет, в условиях распада государства и гражданской войны нельзя быть добреньким и гуманным правителем, потому что это путь к гибели страны. Когда на весах лежит само существование России, правитель обязан быть грозным, жестким и суровым. Иначе не выжить.

Можно только представить какую ненависть вызывал у беглых русских интеллигентов, когда они из-за границы в бессильной злобе наблюдали, как при Сталине страна живет без них, таких образованных, утонченных, самых умных. Можно представить какую ненависть они испытывали к обществу «хамов», которое посмело успешно жить и развиваться без них, когда никто не спешил звать их во властные кабинеты и низко кланяться за оказанную милость править «подлыми хамами». И вот сидя за границей в нищете и забвении они ненавидели Россию, русский народ, коммунистов и Сталина, мечтая как иноземный поработитель отомстит русским «хамам» за годы унижения «лучших людей Земли Русской». Потому и шли русские интеллигенты на службу фашистам, или злорадно наблюдая за поражениями Красной армии. Но опять вышло не так, как они планировали – Советский Союз под руководством коммунистов и Сталина победил фашистов. Опять русские интеллигенты ошиблись в своих хотениях и прогнозах. Свой реванш эта интеллигентская русофобская мразь попыталась взять в 90-е, когда начала поливать грязью советское прошлое, но и тут просчиталась – не получилось у них заставить нас ненавидеть свою страну, свое прошлое, своих предков, то есть превратить в свое русофобское подобие.

Ленин и Сталин были успешными политиками, исправившими последствия разрухи, устроенной государству русской интеллигенцией, дорвавшей до власти. И вот эту успешность на фоне собственных катастрофических провалов и ничтожности русские интеллигенты не могут простить Ленину и Сталину. Поэтому им более ничего не остается, как вшивыми шавками, захлебываясь от бессильной злобы, тявкать на исторических титанов. И Путин – это успешный политик, который продолжает успешную политику исправления исторической катастрофы, которую устроили русские интеллигенты в 90-х. И точно так же, как интеллигентствующие ничтожества, давясь от злобы и зависти ненавидят Ленина и Сталина за их успешность и народное признание, точно так же они ненавидят Путина, не желая признавать свое историческое банкротство.

Увы, но гений и злодейство совместимы. И поэт в России может оказаться лжепророком. Потому что мало быть культурным человеком, мало иметь блестящее образование, ум и талант. Этого мало. Без любви и уважения к своей стране и народу все эти качества стоят меньше, чем ничего. Можно всё это иметь, но при этом оставаться в душе ничтожным мелким лавочником, готовым предать и удавиться за три копейки, иудой без чести и совести. Вот такими и являлись на этом свете те, кто назвался «русской интеллигенцией».

 
Источник ➝

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

wp-puzzle.com logo